Истории жертв магнитогорского взрыва: «Витя принял смерть дочери на себя»

Девятый день с момента трагедии в Магнитогорске, где утром 31 декабря взрывом газа был разрушен подъезд жилого дома. Жертвами ЧП стали 39 человек. Истории погибших все как одна так или иначе связаны с Новым годом. Ожидание праздника, встречи с родными, но уж никак не страшной стремительной смерти — вот что объединяло этих людей. «МК» рассказывает о судьбах нескольких жильцов рокового подъезда.

Клавдия Николаевна Антропова из 323-й квартиры — соседка Фоминых (той самой семьи, где чудом спасли маленького Ваню) — должна была отмечать праздник с дочерью Светой. Всю жизнь проработала на металлургическом комбинате машинистом подъемного крана, была ветераном труда.

А Светлана Плюхина из 355-й — швея. Да не просто швея: ее знал чуть ли не весь город! В шапках Светланы Васильевны щеголяли заправские модницы Магнитогорска, она же обшивала труппу местного театра. Сын женщины только-только купил себе квартиру, еще даже не успел вещи перевезти. «У меня осталось только то, что сейчас на мне», — горько шутит он.

Удивительная судьба у Ольги Никитичны Анисимовой, самой пожилой жертвы трагедии. Она родилась в августе 1923 года, но когда началась Великая Отечественная, приписала себе полгода, чтобы «стать 18-летней» и попасть на фронт. После войны работала переводчиком с немецкого. Муж Ольги Никитичны — прославленный летчик, подполковник, ушел из жизни 13 лет назад. Родственница переживает за правительственные награды отца и офицерский кортик: в том хаосе из стекла и бетона найти семейные реликвии проблематично. Правда, во вторник появилась информация, что кое-какие ценные вещи обнаружены. Возможно, среди них и награды подполковника.

Лидия Воронцова, потерявшая мужа, опасается, что денежной суммы, которую выделят на приобретение нового жилья, не хватит на покупку квартиры в этом же районе. А жить вдове с 11-летней дочкой негде — пока они ютятся по родственникам.

— Витя, мой погибший муж, принял смерть дочери на себя, — рассказывает вдова. — У девочки была температура, и я предложила, чтобы он заночевал в ее комнате, а сама с дочкой уснула в зале — чтобы понаблюдать за ее здоровьем, вовремя дать жаропонижающее. Двухкомнатную квартиру после взрыва разорвало — детская комната рухнула, а зал и кухня зависли. И это на 8-м этаже.

Женщина боялась даже пошевелиться из опасений, что плиты рухнут, и они с дочкой полетят вниз. Все это происходило в кромешной темноте. Благодаря фонарику на телефоне пожарные увидели людей, протянули лестницу. Босиком, в одних пижамках (а девочка была в трусиках) в мороз мать с дочерью спускались по обледенелой лестнице с 8-го этажа, то и дело боясь сорваться. Они серьезно обморозили конечности. Глава семейства погиб.

— Дочка успокаивает меня, когда я хочу заплакать: мол, мама крепись. Похороны были организованы на достойном уровне. Теперь главное обрести новый угол. Выплаты, в том числе на квартиру, а также обещанный миллион, мы еще не получили.

Лидия рассказала, что у них была двухкомнатная квартира площадью 51 квадратный метр. Чиновники пообещали перечислить денежную сумму из расчета чуть больше 30 тыс. рублей за каждый квадратный метр. Однако подобные «двушки» стоят 1 млн 600 тыс. — 1 млн 650 тыс. руб. Лидия подсчитала — обещанных денег не хватит на приобретение аналогичного жилья в этом же районе (а он считается в Магнитогорске приличным) — придется доплачивать.

И в Следственном комитете, когда она приходила на дачу объяснений, тоже не порадовали — мол, цены на недвижимость в ближайшее время взлетят (так сказал со знанием дела один следователь).

— Люди захотят нажиться на нашей беде, наверняка, придется добавлять деньги, — говорит Лидия. — Очень надеюсь, что без квартиры мы не останемся. Вот когда я увижу новое жилье и все капиталы — только тогда скажу, что претензий к властям нет.

Источник

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели