Как живет гей-пара, оформившая брак в России: «Менять ничего бы не стали»

Больше года назад вся страна следила за историей гей-пары, которой удалось поставить в российские паспорта штамп об однополом браке. Павел Стоцко и Евгений Войцеховский официально зарегистрировали брак в Дании, а потом совершенно спокойно «проштамповали» паспорта в Москве, в центре услуг «Мои документы». После этого на них началась облава. Их паспорта заочно аннулировали, а в квартиру в Люберцах вломились полицейские, которые стали прессовать мужчин и требовать отдать документы. В социальных сетях на мужчин и их родителей обрушился шквал угроз.

Павлу и Евгению пришлось спешно уехать из России — без денег и без вещей. Спустя год они рассказали о том, как сложилась их жизнь и как ЛГБТ-активисты помогли им избежать неминуемой расправы со стороны властей.

Павел Стоцко и Евгений Войцеховский вошли в историю как первые мужчины, которым удалось поставить в российских паспортах штампы о регистрации брака. Правда, этот поступок перевернул их жизнь с ног на голову. После того, как пара публично выступила с беспрецедентным для России заявлением, на них объявили охоту правоохранительные органы. Мужчины экстренно обратились за помощью к ЛГБТ-активистам. Чудом им удалось вылететь заграницу.

Сейчас Павел и Евгений живут размеренной жизнь в Нидерландах — страна предоставила им защиту и убежище. Все ужасы остались позади. Они записали видео-обращение, в котором подробно рассказали, почему им пришлось покинуть Родину. Видео опубликовано вконтакте в группе межрегионального общественного движения «Российская ЛГБТ-сеть».

Вероятно, вы знаете нашу историю, — говорит Павел Стоцко. — Она была слишком популярна в начале 2018 года. Когда мы с Женей, заключив брак в Дании, вернулись в Россию и легализовали его в России. Конечно, после того, как мы выступили публично — а мы были первой парой, которая заявила об этом публично, — у нас начались серьезные проблемы.

По словам мужчины, реакция российских властей оказалась слишком экстремальной. Сначала полицейские попытались изъять паспорта мужчин силой. Они вломились в дом к родителям Павла и провели там осмотр. При этом в квартире орудовала целая оперативная группа. Поняв, что мужчина не живет по месту регистрации и его паспорта в доме, соответственно, нет, они довольно быстро ушли.

От журналистов, пристально следивших за развитием событий, пара узнала, что паспорта все-таки аннулировали. Они проверили их действительность на официальном сайте МВД. Там было написано: «выдан с нарушением». Нарушение власти посчитали настолько вопиющим, что они устроили настоящую облаву на их владельцев.

Полицейские даже не смогли найти адекватную причину, по которым они аннулировали наши паспорта, — продолжает Павел. — Но им было необходимо экстремально быстро это сделать, чтобы как можно скорее замять эту историю. Тогда мы поняли что будет непросто.

На следующий день после того как мужчины узнали, что их паспорта аннулированы, в их квартиру в Люберцах нежданно-негаданно пришла полиция. Они не использовали дверной звонок, а просто стали ломиться в дверь, отключили электричество, отключили интернет. При этом одеты они были в штатское.

Мы были в состоянии ужаса, — вспоминает Павел. — Мы понимали, что люди, которые не называют своих имен, скорее всего затеяли что-то неладное.

Мужчины стали писать сообщения всем друзьям и знакомым, кто мог бы оказать хоть какую-то помощь. Одним из таких людей стал активист ЛГБТ-сети. В течение нескольких минут с ребятами связался исполнительный директор программ Российской ЛГБТ-сети Игорь Кочетков. Павел объяснил ему ситуацию. Кочетков посоветовал дверь ни в коем случае не открывать и сказал, что они уже ищут адвоката.

К квартире Павла и Евгения очень быстро приехала мощная поддержка — при том что путь в Люберцы не самый близкий. Сначала прибыли активисты — кто-то зашел в квартиру, кто-то остался в подъезде вместе с полицией, кто-то отслеживал движений правоохранителей вокруг дома. Ребята были окружены как опасные преступники. Они в буквальном смысле оказались на осадном положении.

К вечеру приехали адвокаты и стали вести переговоры с представителями власти.

Поговорив с полицией, адвокаты посоветовали отдать паспорта, иначе ситуация будет настолько сложной, что вас просто увезут в неизвестном направлении и мы будем долго вас искать. Естественно, мы не хотели отдавать свои паспорта. И все представители ЛГБТ-сети, которые были с нами в тот вечер, говорили нам: это ваше единственное доказательство, что однополые браки в России действительно признаются. И мы не можем потерять это доказательство. Но адвокаты настаивали, что безопасность их клиентов, то есть нас с Женей, для них важнее. В их словах слышалась реальная тревога за нашу жизнь.

Дальше начался сюр. В ночь — а это была ночь с субботы на воскресенье — в квартиру в Люберцах приехал сам заместитель начальника московской полиции полковник Захаров.

Он сидел с нами на кухне в присутствии адвокатов, наших друзей, активистов, и единственное, что его интересовало, — это наши паспорта. Я спросил его — что будет, если мы их отдадим вам сейчас? Какие гарантии, что нас не арестуют завтра? Он сказал, что никаких гарантий он дать не может. Единственное, что он может нам сказать: «Если вы отдадите нам свои паспорта сейчас, то вы сможете покинуть свою квартиру».

Ребята Захарову не поверили. Им нужны были хоть какие-то доказательства, что их не арестуют.

И тогда он сказал нам: «Я даю вам слово офицера», — рассказывает Павел. — Но слово офицера российской полиции для меня ничего не стоит.

Никто не хотел отдавать проштампованные паспорта, но у мужчин не было другого выхода. Полиции за дверью становилось все больше, никто не собирался их отпускать. Адвокаты настаивали и предупреждали, что в случае неповиновения, полиция может применить силу.

В итоге Павел и Евгений передали паспорта через адвокатов в тот момент, когда они садились в машину, чтобы как можно скорее уехать из квартиры.

Это был наш последний вечер дома. Это было совершенно нежданно, никто не мог предположить, что вот так закончится наша жизнь в России.

***

У пары не оставалось выхода, кроме как спешно покинуть страну. Им помогли представители ЛГБТ-сети — купили билеты на самолет до Стамбула с пересадкой в Амстердаме. Это было необходимо, потому что у мужчин не было Шенгенской визы, чтобы въехать в Европу. А в Турцию российским гражданам виза не нужна. Такой сложный маршрут был выбран неспроста. Ребята полетели якобы в Стамбул, но в момент пересадки попросили убежища в Амстердаме. И им не отказали.

По сути только благодаря Сети нам удалось спасти не только свою жизнь, но и свое достоинство, — резюмирует Павел. — Мы не стали унижаться перед российскими властями, и наш гражданский протест до сих пор в силе.

Мужчины уверяют, что если бы у них был шанс вернуться в прошлое, они бы сделали всё то же самое.

Мы ничего не стали бы менять. Потому что наша ситуация стала настолько резонансной, она стала важна не столько для нас лично, сколько для всего ЛГБТ-сообщества. Многих людей вдохновила наша история, многие увидели наконец-то свет в конце тоннеля. Многие правозащитники стали говорить о необходимости признавать однополые браки в России, хотя бы те, которые заключены за границей. Кто-то стал думать о том, что Россия стала более либеральной. Некоторые стали заявлять, что это план Путина перед выборами — показать, что мы немного ослабили закрученные гайки. Другие люди говорили, что мы якобы получали деньги из бюджета США… Это, конечно, нонсенс, неправда, смех. Мы поняли, что наша история важна для других людей. Чтобы другие люди знали, что даже в России под гнётом преступных властей вы не одни.

Сейчас пара живет в Нидерландах. И жизнь беженцев не такая простая, как кому-то может показаться. Особенно, учитывая тот факт, что Павел и Евгений приехали сюда без денег и даже без вещей.

Чтобы остаться в Нидерландах, мужчинам пришлось пройти все необходимые бюрократические процедуры, порой не самые приятные. Сначала их поселили в тюрьме. Там они пробыли 2,5 недели — до подтверждения их личностей и до того, как они объяснили всё, что произошло в России.

На протяжении трех дней с ними общались инспекторы Службы миграции и натурализации Нидерландов. Они задавали самые разные вопросы, пытались подловить на вранье.

Но наша история была чиста, вы все знаете ее, — говорит Павел. — Поэтому мы просто пересказали ее. Если кто-то приезжает в Нидерланды и хочет наврать — скорее всего у них это не выйдет.

После этого мужчин поместили в лагерь для беженцев. На такси привезли в город Неймеген, где они жили в лагере вместе с другими беженцами — в основном из стран ближнего Востока и стран Африки.

Но в конце концов их история закончилась очень благополучно. Паре дали вид на жительство, они официально находятся под защитой Нидерладнов. Сейчас они могут не беспокоиться за свое будущее.

Мы с Женей вместе, и это главное. Мы вместе преодолеваем все трудности, с которыми сталкиваемся. Здесь у нас уже появились друзья, которые нам помогают интегрироваться в общество. Мы ходим в Университет, чтобы учить язык. И сейчас наша жизнь стала более или менее уравновешенной. Мы готовы к новым приключениям. Надеемся, они будут не такими экстремально страшными, какими они были в начале прошлого года.

Источник

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели