«Маша, я умру?»: кто такие помощницы в родах и зачем они нужны

Когда супруга принца Гарри, Меган Маркл, заявила, что собирается рожать наследника не в госпитале святой Марии, а дома, при помощи акушерки и доулы, это вызвало двойственную реакцию публики, хотя в Британии роды дома законны и обыденны. Еще совсем недавно слово «доула» было незнакомо большинству будущих мам. А сегодня люди этой юной для России профессии активно сотрудничают с роддомами. В тот момент, когда женщина чувствует себя беспомощной и уязвимой, доула находится рядом и помогает пережить непростые часы перед рождением малыша. Психологи говорят, что роды в максимально комфортной обстановке, в окружении опытных и приятных людей — естественная потребность женщины.

В нашей рубрике «Люди города» мы знакомим читателей с людьми, которые вносят вклад в современную историю Москвы. Профессиональная доула Мария Молодцова рассказала «МК», в чем именно заключается поддержка в родах и почему эта деятельность сейчас так востребованна. Также мы расспросили Марию о том, что больше всего пугает матерей в родильных домах и почему аргумент «раньше рожали в поле, и ничего» полностью себя изжил.

«Тебя переодевают во все казенное и делают с тобой, что хотят, не спрашивая»

— Расскажите, кто такие доулы, почему они называются именно так?

— Изначально «доула» — это греческое слово, так называли служанок женской половины дома. А в контексте родов оно было употреблено антропологом в конце 60 х годов: она изучала помощь в родах в одном из племен и выяснила, что там есть женщины, которые приходят поддержать рожающую женщину. При этом они не медики. Антрополог назвала таких женщин доулами. И это слово вошло в обиход — сначала на Западе, потом пришло к нам.

Так что сейчас доула — это женщина, которая осуществляет поддержку в родах: физическую, эмоциональную, в какой-то степени психологическую. Но не медицинскую — это очень важный момент. Это женщина, которая, как правило, сама успешно родила несколько раз. Она на своем опыте знает, что одной в этот момент находиться некомфортно и очень важно, чтобы кто-то тебе помогал.

— Почему вы заинтересовались этой деятельностью?

— У этого глубокие корни. Когда мне было лет восемь-девять, я стала приставать к родителям с классическими вопросами: откуда берутся дети и как они появляются на свет. Родители подсунули мне французскую энциклопедию для детей. В книге были картинки, и на них все было совершенно радужно. Женщина лежит и улыбается, муж держит ее за руку. Рождается ребенок, вокруг улыбающиеся люди, на тумбочке — цветы, на подносе — завтрак. У меня в детстве сформировалось ощущение от этих картинок, что роды — это радостное событие. Но когда через несколько лет я стала спрашивать маму и бабушку об их родах, я столкнулась с совсем другим восприятием. Они мне сказали: «Да ты что, это же ужасно! Тебя переодевают во все казенное, делают с тобой что хотят не спрашивая. Никто к тебе не приходит — ни мужья, ни друзья, это невозможно». Меня это шокировало! Ты ожидаешь, что все будет прекрасно, приходишь в роддом, ощущая себя уважаемым членом общества, а в итоге на тебя кричат. Я захотела это изменить.

Когда я готовилась к своим родам, мы с мужем изучали роддома и врачей. И мне казалось ужасной несправедливостью, что во время беременности женщина вынуждена искать даже не каких-то особых условий, а просто место, где ее не обидят, не накричат, не сделают лишнего.

— Как вы узнали о существовании доул и решили стать одной из них?

— В конце 2015 года мы с мужем стали планировать третьего ребенка. Двух старших детей мы рожали вместе в роддоме. А к третьему разу на период родов муж мог уехать в командировку. Я боялась и не хотела остаться одна. И тогда я узнала, что моя старая знакомая, биолог и акушерка Екатерина Шехтман занимается обучением доул — она одна из основоположниц этого движения в России. Мы договорились, что она пойдет в роддом с нами.

И это оказалось правильным решением. Катя мне помогала делать все. Она говорила какие-то очень нужные вещи в подходящие моменты, смешила меня, расслабляла. Я поняла, как это здорово, что рядом со мной человек, с которым мне легко.

Я очень быстро и легко родила третьего ребенка. А муж даже уснул от нашей болтовни и проснулся в момент выхода малышки. Я была впечатлена. И когда моя девочка подросла, я решила сама пойти учиться этой профессии.

— Всем ли женщинам будет комфортно принимать помощь от доулы?

— Мы сталкивались с женщинами, которые говорят: «Мне никто на родах не нужен. Я бы лучше посидела одна в углу, и пусть никто ко мне не лезет». Но таких меньшинство.

Когда я училась на доулу в Институте перинатальной поддержки и проходила практику в роддоме, я поняла, что для большинства женщин очень важно, чтобы с ними рядом находился кто-то опытный и эмпатичный. Женщины старшего возраста зачастую вспоминают, как во время родов к ним заходили даже не врачи, а случайные люди, которые оказали поддержку самыми простыми словами: не волнуйся, все, что с тобой происходит, нормально, все будет хорошо.

Приведу еще пример — из книги советской писательницы Ирины Грековой. Автор описывает, как женщина в Ленинграде в послевоенные годы рожает второго ребенка. А первого она рожала во время блокады, находясь в бомбоубежище. И вот она рожает второго — в белом зале, на белой кровати, ей больно и страшно, вокруг кричат другие рожающие женщины, а к ней никто не подходит. И она вспоминает, как это происходило с первенцем. Да, это было в антисанитарных условиях, в темноте, за самодельной шторкой… Но с ней рядом сидела какая-то бабуля, которая все время говорила ей: потерпи, милая, скоро придет доктор, который тебе поможет. И эта женщина постоянно хочет оказаться там. Ей ужасно некомфортно и холодно в этом стерильном и безопасном зале.

— Насколько реально создать комфортную обстановку в среднестатистическом московском роддоме?

— Если женщина идет без сопровождения, то сложно, потому что в современных роддомах женщина зачастую остается одна. Есть медицинские протоколы, по которым врач в нормальной ситуации должен на начальном этапе заходить к рожающей женщине раз в четыре часа, потом раз в два часа. Акушерка заглядывает раз в час-полтора. Остальное время мама находится наедине с собой. Если у нее первые роды, она просто не понимает, что с ней происходит, и спросить ей не у кого. В больнице одновременно может рожать двадцать человек, так что сотрудники физически не успевают уделить всем внимание.

Мишель Оден, всемирно известный акушер-гинеколог, обозначил основные потребности женщины при родах. В этот момент ей важно чувствовать безопасность, спокойствие и доверие к людям, которые ее окружают. Некоторые берут с собой мужа. Это хорошо, когда муж сам хочет быть рядом и к этому подготовлен. Но бывает, что женщина помимо супруга хочет взять кого-то опытного, который знает, как ей помочь. Или же совместные роды по каким-либо причина неприемлемы для пары. Или мужа вообще нет. Опытный человек — как раз доула, которая создает комфортную обстановку в родильной палате.

«Это нормально — хотеть, чтобы на твоих родах присутствовал тот человек, который тебе симпатичен»

— Я встречала мнение, что доула — это некий каприз женщины. У нас любят приводить в пример, как наши прапрабабушки рожали в поле и спокойно шли работать, а сейчас хотят и массаж, и джакузи, и мантры в плеере.

— Пример про роды в поле уже навяз в зубах. Поэтому я люблю спрашивать людей, которые его используют: а эти женщины потом хорошо себя чувствовали? Они вспоминали о своих родах с радостью? Какая была смертность матерей и младенцев, рожденных в поле? Потому что совсем не факт, что у тех женщин все сложилось хорошо. Скорее наоборот: у матерей, которые после родов шли жать-пахать, развивались различные женские заболевания, опущения внутренних органов. К 40 годам их организм был изношен, как у старушек. Так что те, кто приводит в пример этот факт, должны знать и о последствиях.

Более того, сейчас мы привыкли к совсем другой, хорошей жизни. Так зачем жить хуже, когда можно жить лучше?

— Наверное, потому что у нас принято брать на себя слишком много и не делать себе никаких поблажек.

— Кстати, в прессе было много информации о супруге британского принца Гарри, Меган Маркл, которая тоже собиралась рожать с доулой. Она не побоялась сказать: «Я не хочу рожать с королевскими врачами, я хочу рожать с акушеркой, которая мне нравится, и с доулой, которая будет держать меня за руку». Английские таблоиды перемыли ей все косточки и назвали ее за это капризулей. А другие женщины, наоборот, возмутились: почему даже женщина такого ранга не может родить с тем, с кем она хочет? По идее, это же нормально — хотеть, чтобы на твоих родах присутствовал тот человек, который тебе симпатичен и приятен.

— Для России эта профессия совсем юная, и многие думают, что доулы — это женщины, которые оказывают услуги полулегально и в домашних условиях. Почему возник такой стереотип?

— Многие действительно путают доул с людьми, которые принимают роды дома. Это очень досадно. С 90 х годов в России набирали обороты разные движения, связанные с родами, в том числе так называемое духовное акушерство. Но мы не духовные акушерки и не любим, когда нас с ними ассоциируют. Потому что это очень размытое понятие. До создания в 2015 году Ассоциации профессиональных доул так называли себя все, кто хотел. До сих пор в Интернете можно найти сайты, где люди презентуют себя одновременно как доулу, остеопата и приводят еще десяток регалий. Или, к примеру, кто-то поучился родам в море и заявляет: я теперь духовная акушерка и могу принять у вас роды. Но люди без медицинского образования не могут брать на себя такую ответственность, в процессе может возникнуть масса осложнений. И когда такой человек принимает роды и называет себя акушеркой… Это неправильно и дискредитирует нашу работу. Потому что персонал роддомов, встречая нас, думает: а какая ты доула? Профессиональная, не вмешивающаяся в медпроцесс, или женщина с бубном, которая тут будет ходить и колдовать?

— А как вы относитесь к домашним родам? Насколько это безопасно в Москве?

— На мой взгляд, не очень безопасно — если ситуация осложнится, ты просто не успеешь доехать до роддома по пробкам. Как юрист по основной специальности я, с одной стороны, считаю, что это должен быть свободный выбор женщины. С другой стороны, принимать роды вне лицензированного медицинского учреждения у нас запрещено законом. Акушерки или врачи не имеют права это делать, но некоторые рискуют. И из-за этого возникают неприятные ситуации. Непорядочный медик, если видит, что что-то идет не так, может испугаться и уехать. А женщина оказывается одна в угрожающей жизни ситуации. Конечно, если женщина захочет родить дома, ее ничто не остановит. Но в России нет условий, чтобы в случае осложнений ее можно было быстро довезти до больницы и спасти.

Часто приводят в пример Великобританию и Голландию, где домашние роды разрешены. Но акушерки из госпиталей берут таких пациенток только в том случае, если врач в течение беременности сказал, что женщина абсолютно здорова.

— То есть доулы нацелены оказывать помощь именно в стационаре?

— Доула в роддоме нужна гораздо больше. Если женщина рожает дома, скорее всего, она найдет себе акушерку. И эта акушерка и так будет все время с ней, у нее же нет еще десяти человек, рожающих рядом.

«На потугах обычно все переходят на «ты» — это очень сакральный момент»

— Что для вас самое сложное в работе доулы?

— Наверное, физическая нагрузка — поддержка в родах включает очень много физической работы. Например, женщина хочет родить без анестезии и просит применять приемы естественного обезболивания. Один из основных приемов — силовой массаж крестца. Очень многим он помогает. И вот ты на протяжении восьми часов делаешь то массаж крестца, то массаж паха, то буквально носишь женщину по палате, чтобы она сохраняла вертикальное положение и ей было проще рожать. Ты помогаешь женщине, которая может быть крупнее тебя в несколько раз, менять позу, забираться на кровать, слезать с нее, водишь в туалет. В родах я практически никогда не сажусь — просто некогда. Только если женщина задремала, я могу на две минуты перевести дух и присесть. В основном я все время на ногах и много работаю руками.

— Какие самые долгие роды вы сопровождали?

— Они длились 22 часа. Конечно, не все это время у женщины были очень активные схватки. К слову, разные женщины хотят видеть рядом с собой доулу в определенные моменты. Кто-то просит приехать, когда начнется активная фаза. Кто-то просит сопровождать с порога. Бывает, что я приезжаю — схватки еще очень слабые, но женщина хочет, чтобы я была с ней. Я могу сделать ей чай, принести что-то вкусненькое, поболтать, включить музыку. Могу уговорить ее подремать. Я успокаиваю ее, объясняю, что происходит. Бывает ведь как: врачи заходят, что-то быстро скажут и уйдут. А женщина вообще ничего не поняла. Доулы в курсе терминологии, мы порой выступаем в роли переводчика.

— Можете привести пример перевода с медицинского на русский?

— Например, доктор сказал: шейка длинная, пропускает один палец. Женщина недоумевает. Я объясняю: доктор говорит, что тебе еще можно отдохнуть, схватки несильные и нечастые, до активной фазы еще несколько часов. А пока мы с тобой можем поделать то и то. Если тебе некомфортно, я могу тебя помассировать тут, плечи размять. Иногда мы общаемся на «ты», иногда на «вы». Но на потугах обычно все переходят на «ты» — это очень сакральный момент. Буквально на 4–5 минут женщина переходит в какую-то космическую стадию, все границы стираются. А потом, бывает, мы снова возвращаемся к привычному вежливому разговору на «вы».

Мне вообще кажется, что уважение должно быть в основе таких отношений. То, чего боятся женщины, идя в роддом, — именно столкнуться с неуважением. Сколько раз я слышала такие истории: я главный бухгалтер, меня все называют Анна Петровна, а в роддоме ко мне будут обращаться чуть ли не «Анька» или обезличенно «женщина», будут грубить и пр. Мы стараемся организовать нормальное человеческое общение.

— Помните ваши первые роды в качестве доулы?

— Да, мы до сих пор общаемся с этой женщиной. Ее зовут Татьяна, ее мальчик давно бегает и прыгает. Это была моя практика в 68 м роддоме. Я зашла в родбокс к совершенно случайной женщине и спросила, не нужна ли ей поддержка, она согласилась. Очень волновалась. Никогда до того момента не видела роды до самого конца, и была потрясена, как это красиво. Насколько женщина прекрасна, даже в самые тяжелые моменты, когда она впадает в родовой транс. Это позволило понять, насколько это мое.

— Какими качествами должна обладать доула?

— Самое главное — это способность к безоценочной поддержке. Не важно, как именно хочет рожать женщина, в каком роддоме, с анестезией или без, естественные роды или кесарево — доула поддержит ее выбор и постарается помочь в любом случае. Она должна быть готова к любым трудностям, должна быть опорой, стеной. Нужен внутренний стержень, здесь не место для тепличности.

Доула должна помнить об оговоренных просьбах и пожеланиях женщины. Бывает так, что женщина точно знает, что не хочет каких-то вмешательств. Может быть, у нее были травматичные первые роды. И она просит: «Если я растеряюсь, напомните мне, чтобы я попросила не прокалывать мне плодный пузырь без необходимости».

— Какие просьбы вы слышите чаще всего?

— Меня часто спрашивают, смогу ли я помочь родить без разрывов. Я обещаю, что мы приложим все усилия. Не буду хвастаться, но многие женщины, которых я сопровождала, родили крупных детей, по 4 кг, без единого разрыва. Потому что они правильно дышали и были очень мотивированны. Ну и везение, конечно. Я всегда говорю, что в родах главная — сама женщина, все зависит от нее. А мы постараемся удовлетворить главные потребности — ощущение безопасности и уверенности в окружающих людях.

— Что именно вы можете улучшить в условиях роддома, для того чтобы создать эти ощущения?

— Есть факторы, которые мы называем «три Т», — тепло, темно и тихо. В дружественных нам роддомах мы часто просим акушерок разрешения притушить свет. Желательно, чтобы нас не отвлекали стоны вокруг. Для этого на роды я всегда запасаюсь одноразовыми берушами или предлагаю послушать приятную музыку в наушниках.

«Женщина была так добра, что успела родить до боя курантов, и я даже успела доехать домой»

— Какие предметы вам помогают в работе? Есть ли у вас сумка доулы с необходимым набором для помощи в родах?

— Мы всегда носим с собой чистую одежду. Кто-то отдает предпочтение спортивному стилю, кто-то носит медицинскую форму: сейчас очень много веселеньких костюмов. Всегда с собой тапочки, маски, шапочки.

Нужны одноразовые перчатки — мы иногда сталкиваемся с тем, что женщину на родах постоянно рвет. Мы подаем ей судно, выносим, моем его. Я беру с собой базовые масла для массажа — миндальное, персиковое. Это необходимо для того, чтобы растирать крестец, разминать плечи. Я пробовала растирать без масла — кожа у женщины была вся красная, а костяшки на моих руках становились как у боксера.

Также я приношу воду и перекусы, мицеллярную воду, чтобы брызгать ее на лицо — в родах бывает очень жарко. Иногда беру аромамасла — но только если женщина использовала их раньше. В родах экспериментировать нельзя, потому что неизвестно, какие могут вылезти аллергии. Мы обязательно спрашиваем и у персонала: не против ли они, если будет пахнуть маслом розы? Могу по желанию привезти электросвечи — естественные запрещены правилами пожарной безопасности.

— Что вас больше всего удивило в родах других женщин?

— Несколько раз были ситуации, когда я замечала, что тело женщины, если ей не мешать и не дергать, само понимает, как легче рожать. Например рождается очень крупный ребенок. И вот уже видна головка малыша, женщину просят повернуться на спину, а она говорит: я не могу! От нее отстают, и она рожает в какой-нибудь нетривиальной позе. Мы с ней дышим, мы в контакте глазами, но ее тело делает все само. И она рожает малыша весом под 5 кг без единого разрыва.

В родах есть волшебные моменты, которые нельзя объяснить научно. Когда женщина впадает в совершенно необычное состояние, у нее даже глаза другие становятся. Мой типичный диалог с женщиной в последние моменты родов: «Маша, я умру?». Я отвечаю: «Ты не умрешь, я тебе клянусь!» Она начинает дышать, и ребенок через несколько минут рождается. Это потрясающий, чудесный момент, который вызывает у нас много эмоций и потоки слез, у всех вырабатывается окситоцин. Бывает, что я даже начинаю чувствовать схватки, но, конечно, нельзя допускать полного слияния, это чревато выгоранием. Один раз мне написали в Интернете: «Вы, женщины, которые ходят на роды, — наркоманки, окситоциновые маньячки!». Это не так. Но захлестывает всех: и врачей, и акушерок.

— Какой самый распространенный вопрос, который вы слышите от женщины в роддоме?

— «Как ты думаешь, сколько еще это будет продолжаться?» Ответить на этот вопрос практически невозможно. У меня бывали разные ситуации: мы приезжаем в роддом с женщиной, раскрытие минимальное, нас оставляют в покое со словами «вы тут еще часов десять будете ходить». Спустя час по ее лицу я вижу, что все происходит гораздо быстрее. И действительно: приходит врач, смотрит и… «Ой, мы рожаем! Акушерки, скорее, надевайте перчатки!». Не угадаешь.

Бывает и наоборот: женщина приезжает с хорошей активностью, а на последних моментах все замедляется и растягивается на два-три часа. Поэтому лучше не прогнозировать. Хотя все равно все пытаются это делать. Начинают спрашивать своих мам и бабушек: а как ты рожала? Связь может быть, а может и не быть.

Мне кажется, каждой женщине лучше думать: это мои индивидуальные роды, с чистого листа, как они пойдут — так и пойдут.

— Есть ли у вас ритуалы перед тем, как вы едете на роды, и после того, как малыш родился, и вы возвращаетесь домой?

— Я проверяю, есть ли у меня термос для приготовления горячих напитков, потому что не в каждом роддоме есть чайник или кулер с горячей водой. Беру одноразовые чашечки, несколько видов чая. Смотрю, чтобы были травы: у нас есть волшебный коктейль, который мы делаем после родов, — это сбор трав для лучшего сокращения матки. Сотрудники роддомов это поощряют, говорят: ну теперь заваривай свой чай. Как правило, только что родившей маме хочется попить чего-то горячего, и когда ты завариваешь не просто чай, а полезный сбор, она очень благодарна.

Часто бывает, что женщина в родах так устает, что говорит: сейчас я рожу и сразу засну. А когда малыш рождается, такой всплеск радости, что заснуть не получается. У доул то же самое — прилив бодрости. Поэтому если погода хорошая, до дома я иду часть пути пешком, выплескиваю эти ощущения. А уже дома стараюсь все-таки поспать, привести себя в норму чисто физически. Потому что роды часто проходят ночью, и ты пропускаешь ночной сон.

А еще роды могут начаться в праздники! У меня лично была ситуация, когда женщина начала рожать в канун Нового года, мы с ней поехали в роддом. Эта женщина была так добра, что успела родить до боя курантов — и я даже успела доехать домой. Но я была уже настроена, что новогоднюю ночь проведу в роддоме, относилась к этому позитивно.

— А бывает ли так, что роды накладываются друг на друга и вы не успеваете отдохнуть?

— Я стараюсь так договариваться с женщинами, чтобы у меня не было клиенток с предварительным днем родов прямо подряд. Нужен промежуток между ними, чтобы восстановиться физически. Кроме того, практически каждая доула имеет запасную доулу, с которой тоже можно познакомиться заранее. Потому что, даже если нет наложения родов, каждый человек может банально заболеть.

«Хорошая доула как медиатор»

— Как складываются отношения доулы с медперсоналом роддомов?

— Вначале сотрудники всегда относятся настороженно — приходят какие-то непонятные люди с неясными целями. Но постепенно медики понимают, что доулы настроены на сотрудничество и помощь, а не на противостояние. Мы немного облегчаем работу акушерок тем, что вокруг становится меньше женщин, которые в панике кричат: помогите же мне! Во время волонтерства в роддоме к нам подходили акушерки и просили успокоить женщин, которые ощущали и страх, и ужас. Как правило, нам это удавалось. Хорошая доула как медиатор, посредник между женщиной и врачом. Я не лезу в медицинскую часть, но когда понимаю, что все нормально, могу донести это до женщины и успокоить ее.

— Какие роддома у нас наиболее дружественные к будущим мамам и доулам?

— Многие доулы любят перинатальный центр №24, на базе которого у нас было волонтерство. Потому что там отношение к женщинам, рожающим по ОМС и контракту, мало различается. Даже если женщина ничего дополнительно не платит, она имеет большой шанс получить человеческое отношение, улыбки, вежливость. Хорошие роддом №8 на Выхино, перинатальный центр Зеленограда, роддом №1 на Планерной. К сожалению, сейчас закрыли роддом №68, который был в авангарде в области естественных родов и хорошего отношения к роженицам.

— Как происходит знакомство доулы с персоналом роддома?

— Ты просто приезжаешь с женщиной, и все. Даже если сотрудники изначально насторожены, как правило, они смягчаются. Но бывают ситуации, когда люди все равно относятся скептически, смеются над нами. Однажды анестезиолог сказал роженице: «Я вам не буду делать анестезию, вы же, как я вижу, пришли с духовной наставницей, она должна вас обезболить и так». То есть бывают какие-то смешки, шуточки. Мы должны от них абстрагироваться.

Когда мы начинали практику, некоторые акушерки говорили: вы, наверное, деньги лопатой гребете, а ведь вы пришли и ушли, а я тут всю смену на ногах провожу! Смена длиной в сутки — это очень тяжело, правда. Но дело в том, что акушерка знает: эти сутки она проработала, а потом три дня отдыхает. Доула этого не знает никогда. Потому что, даже если у женщины ПДР 28 апреля, она может начать рожать как 15 апреля, так и 10 мая. В любое время дня и ночи мы готовы сорваться на роды. А до этого в течение двух-трех недель каждый день созваниваемся с мамой, обсуждаем самочувствие.

— Вы должны представить справки, чтобы вас пустили на роды?

— Да, стандартный перечень анализов, которые требуются и от мужа. Как правило, это флюорография, анализы на ВИЧ, сифилис, гепатит. Сейчас еще требуют справку о наличии антител к кори. В некоторых роддомах нужно приехать заранее и подписать согласие на партнерские роды с доулой. Поскольку закон у нас сейчас пускает на роды только членов семьи, бывает, что нас записывают как членов семьи.

— Почему так происходит? Получается, вас могут просто не пустить?

— Наши коллеги из регионов регулярно сталкиваются с тем, что их не всегда хотят пускать. Персонал говорит женщине: если это ваша сестра, пусть подтвердит родство. Это возмутительное требование, потому что роддом не орган дознания, не полиция.

Мне бы хотелось, чтобы по всей России роддома стали более открытыми, чтобы женщины могли брать с собой на роды не только доулу или члена семьи, но и, например, подругу. Почему нет, если этот человек здоров и имеет на руках результаты анализов? Может быть, все родственники у роженицы нервные, зато у нее есть близкая подруга, которая своим спокойствием облегчит ей процесс. Юристы нас поддерживают: это дискриминационная норма закона, ведь женщина может быть сиротой, а муж ее покинул, и тогда, получается, она обречена рожать одна.

Иногда сотрудники в ответ говорят: отцы в роддоме — это еще ладно, их можно контролировать, а если будет приходить кто угодно, начнется хаос! По мне, это не самый логичный аргумент. С отцами как раз бывает немало сложностей. А еще лично сталкивалась с ситуацией, когда папа был очень активный и агрессивный, он впал в ярость от того, что ему показалось, будто никто не помогает его жене. Он стал бегать по палатам и трясти всех акушерок, из родблока его уводили с охраной. То, что человек является родственником, вовсе не гарантирует адекватность его поведения.

— А бывало, что женщина предпочитала оставить вас на родах вместо мужа?

— Такая ситуация была, когда я волонтерила после обучения. В предродовой палате я встретила женщину, предложила помощь. Я делала ей массаж, подбадривала, и, когда пришло время, ей предложили перейти в бокс: мы вас переводим, волонтер идет к другому человеку, а к вам сейчас придет муж. И она вдруг сказала: ой нет, пусть муж посидит где-нибудь и подождет, пока ребенок родится, а я хочу остаться с доулой. И потом, когда малышка родилась и позвали мужа, мне пришлось от него прятаться. Это был забавный момент. Потому что супруг был сердит, он вошел со словами: кто украл мои роды? Но это же право женщины: в тот момент она решила, что ей больше подойдет женская поддержка.

— Сотрудники роддомов, где вы работали волонтером, как-то отзывались о вашей деятельности?

— Да, мы всегда получали хорошие отзывы. Мне было приятно, когда врачи говорили кураторам: у нас была ваша Маша, она молодец, такая преданная доула. Когда закончился волонтерский проект, нам потом даже звонили акушерки и говорили: «Куда же вы пропали? У нас тут было полнолуние, привезли столько женщин, все были такие нервные, как бы вы нам пригодились!».

Источник

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Загрузка ...
TOP NEWS
Перейти к верхней панели