Россия тонет в фейковых новостях: почему в сетях правда уступает лжи

Российские парламентарии хотят ввести наказания за распространение дезинформации — как к этому относиться? Хорошая инициатива, нужная и своевременная? Или очередной приступ усердия «взбесившегося принтера», результаты которого придется расхлебывать всем миром?

Напомню, о чем идет речь. Пакет поправок к законам «О средствах массовой информации», «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», а также к Кодексу РФ об административных нарушениях был внесен до Нового года депутатом Госдумы Дмитрием Вяткиным и членами Совета Федерации Андреем Клишасом и Людмилой Боковой. Законодатели предлагают запретить «распространение недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, которая создает угрозу жизни или здоровью граждан, массового нарушения общественного порядка или общественной безопасности и других тяжких последствий».

За нарушения предлагается наказывать штрафом: физических лиц — от 3000 до 5000 рублей, должностных лиц — от 30 000 до 50 000 рублей, юридических лиц — от 400 000 до 1 млн рублей с конфискацией «предмета административного правонарушения».

Авторы данной инициативы считают необходимым ограничить доступ к информации, выражающей в неприличной форме явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам РФ, Конституции и органам власти.

Поправки были поддержаны и рекомендованы к принятию комитетом Госдумы по безопасности и противодействию коррупции. Дальше, вероятно, у данного законопроекта будет вполне благополучная судьба: он явно задуман как удобный инструмент защиты действующей власти от оппозиционных поползновений. Под видом защиты общества от злонамеренных происков внутренних, а главное — внешних врагов.

Можно было бы, конечно, поупражняться в словах и придумать для подобных законодательных акций некий патриотично-иноязычный термин — наподобие «фейк ньюс», с которыми предлагают строго бороться инициативные парламентарии. Но не будем попусту расходовать газетную площадь — поговорим о главном.

Фейковыми новостями озабочены не только в России. Существуют международные принципы журналистской деятельности — они прописаны под эгидой ЮНЕСКО. Из десяти основных принципов на первое место поставлено право людей на получение правдивой информации. Собственные кодексы журналистской этики есть у большинства крупных СМИ разных стран. Но главная проблема — не в СМИ, а в тех, не поддающихся учету и контролю, неуправляемых, непрофессиональных и плюющих на этику интернет-ресурсах, которые породила Всемирная паутина. Социальные сети стали чудовищным по скородействию и масштабам механизмом размножения любой информации — правдивой и лживой, законной и противозаконной, грамотной и безграмотной, полезной и вредоносной, личной и публичной.

С неуправляемым (или управляемым в злонамеренных целях) фейком пытаются бороться — в первую очередь путем повышения ответственности соцсетей и прочих интернет-ресурсов. Например, в Германии с начала 2018 года действует закон, который предписывает социальным сетям под угрозой штрафа до 50 млн евро удалять противозаконный (оговоренный по 22 позициям) контент в течение 24 часов. По словам министра юстиции ФРГ Хайко Мааса, «в соцсетях должно быть так же мало терпимости к содействию преступлениям, как и на улице».

Германский закон вдохновил не только российских законодателей, но и их коллег в других странах. Во Франции парламент принял (хотя и с трудом — сенат дважды отклонял законопроект Макрона) закон, который позволяет по судебному ордеру удалять «фальшивую информацию» из Интернета во время предвыборных кампаний. Закон обязывает соцсети отчитываться о политической рекламе и позволяет государству запрещать работу во Франции иностранных СМИ, если возникает подозрение в распространении ими дезинформации.

И в ФРГ, и во Франции, и в других западных странах многие считают антидемократическими и незаконными попытки государства регулировать Интернет. В этом вопросе, конечно же, есть две стороны, но «слугам народа», если они исправно ему служат, неизбежно приходится выбирать одну сторону — сторону большинства. Нацисты, расисты, садисты, сатанисты, маньяки и просто психопаты — это тоже часть народа, но ставить их интересы выше интересов остальных, нормальных людей просто несправедливо.

Так, правда, считают не все. Например, в США широко распространено злоупотребление Первой поправкой к Конституции — экстремисты и маргиналы ссылаются на эту «священную корову» американской демократии, практикуя свободу самовыражения. В отличие от Европы за океаном беспрепятственно проводят свои шабаши неонацисты со свастиками на рукавах, а куклуксклановцы в капюшонах сжигают кресты. Линчевать не могут, а говорить на митингах о «криминальных ниггерах» или «еврейском заговоре» — это пожалуйста.

За что будем голосовать: за европейские «притеснения» или за американскую «свободу»? Никого не агитирую, но лично я — за европейский вариант. Без цензуры — это совсем необязательно без здравого смысла, который невозможен без ограничений.

В Америке есть еще один удивительный парадокс. С одной стороны, американская Фемида ведет неутомимую борьбу с иностранным вмешательством, одним из инструментов которого, как выявили спецслужбы США, являются фейк ньюс. С другой стороны, мы видим абсолютный апофеоз фейк ньюс со стороны Трампа и его помощников — и ничего, как будто так и надо! Хотя ущерб для общества колоссальный.

Трамп врет так много и часто, что уже мало кто продолжает считать случаи его вранья. Вот один из последних примеров: говоря о пограничном заграждении, на которое он требует у конгресса $5,7 млрд, Трамп неоднократно утверждал, что через Мексику в США проникают террористы. Пока не зарегистрировано ни единого подобного случая. Нет и никакого «кризиса на границе», о котором постоянно вещает Трамп, угрожая ввести чрезвычайное положение: количество незаконно пересекающих границу США с юга неуклонно уменьшается, а не увеличивается.

«Лица, незаконно попавшие в нашу страну, год за годом жестоко убивают тысячи американцев», — провозглашает Трамп. Статистика показывает, что среди иммигрантов — в том числе нелегальных — в процентном отношении меньше убийц и вообще преступников, чем среди урожденных американцев. Вот таким беззастенчивым враньем президент США пытается оправдать свое упрямство в вопросе пограничной стены, из-за чего возник бюджетный провал (шатдаун) и 800 тысяч госслужащих остались без зарплаты, а миллионы американцев — без необходимых государственных услуг.

По словам Филипа Наполи, профессора государственной политики Университета Дьюка, «структура и механизм действия сегодняшней цифровой медиаэкосистемы больше благоприятствуют лжи, чем правде». Это заставляет задуматься, говорит Наполи, о дальнейшей судьбе Первой поправки. Если раньше мы исходили из того, что всякой свободно выраженной лжи можно противопоставить столь же свободно выраженную правду, то в нынешних условиях правда при прочих равных проигрывает.

Онлайновых новостей — море, океан, но настоящих, оригинальных новостей становится все меньше. По словам Наполи, «оригинальная репортерская работа дорого стоит, а фейк ньюс — это дешево». Профессор также указывает, что правдивые новости все труднее отличить от дезинформации. Социологические исследования показывают, что люди оценивают правдивость информации не на основе ее источника, а на основе доверия к конкретному индивидууму, который эту информацию выложил в Сеть или переслал адресату. Очень большую роль играет также фактор «индивидуального фильтра»: пользователи соцсетей (а именно через соцсети две трети американцев получают новости) смотрят только ту информацию, которая соответствует их убеждениям и предубеждениям. Сопоставлять различные точки зрения люди практически разучились.

Дело усложняет еще и то, что с юридической точки зрения соцсети не приравнены (по крайней мере в США) к СМИ и посему не руководствуются этическими стандартами профессиональной журналистики и издательского дела. Twitter и Facebook не защищаются от фейковых новостей так, как это делают The New York Times или телекомпания ABC. Им все равно — они не несут ответственности за информационный «фальшак».

В России тоже есть эта проблема: фейк ньюс распространяют главным образом люди, которые не являются профессиональными работниками массмедиа, и их гораздо труднее привлечь к ответственности, чем профессионалов информационной сферы. Последние оказываются более уязвимыми не только для обоснованных санкций со стороны властей, но и для цензурного произвола.

Не в этом ли секрет массового «коллаборационизма» российских журналистов и СМИ? Выкладывать правду-матку куда менее безопасно, чем подыгрывать власти, — например замалчивать негатив, рассказывая о позитиве, или представлять маргинальные взгляды как доминирующие (особенно когда речь идет о недружественном Западе). Вроде как ничего противозаконного в этом нет, но, по сути, это не что иное, как дезинформация. Или фейк ньюс, если кому-то больше нравится модное заимствование из английского.

Источник

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели