Обвиняемые по делу о теракте в питерском метро потребовали оружие

22 мая Московский военный суд на выездном заседании в Петербурге продолжил рассмотрение дела о теракте в питерском метро. Сейчас в фокусе доказательства обвинения и установление причастности к ним подсудимых. Речь о найденных при обысках взрывных устройствах и их компонентах, а также зафиксированных телефонных разговорах.

В одном из них предположительно смертник Джалилов обсуждает с (предположительно) Аброром Азимовым некий огнетушитель, зачистку квартиры хлоркой, а также готовность Джалилова «спускаться в метро». Судебная экспертиза должна установить, действительно ли на записи голоса Джалилова и Азимова. Кроме того, суд обратил внимание на дом в деревне во Владимирской области, который семья Азимовых купила, а затем продала меньше чем за год до теракта.

Свидетели в суд не явились, прокурор сама зачитывала показания из материалов дела. С 90-х годов до 2015 года в том самом доме жила Антонина Павлова, потом дом стал непригоден для жилья, и женщина переехала в Муром. Вскоре ей позвонила знакомая из деревни, предложив продать дом с участком за 15 тыс. рублей, и Павлова согласилась. Покупателем стал Азимов. Приехав к женщине в Муром, он сказал, что берёт непригодный для жилья дом «для прописки». Уже в 2016 году Азимовы продали дом Екатерине Звоновой, которая покупала его для своей мамы, чтобы переселить её поближе к Москве. Азимовы, очевидно, подновили дом — теперь там было две печки, вода, электричество, стиральная машина, водонагреватель, да и продавался он уже за 450 тыс. рублей — покупательница потратила на него весь свой материнский капитал. Сейчас в доме по-прежнему живёт мама свидетельницы. Ничего подозрительного в семье Азимовых участники сделок не заметили, впрочем, близко с ними не общались.

Затем прокурор озвучила перечень вещдоков, найденных в петербургских квартирах, где обитали обвиняемые: плоскогубцы, молоток, отвёртка, ножницы по металлу, вентиляционная решётка. Самодельное взрывное устройство, найденное на лестничной клетке в доме на Товарищеском проспекте, корпус огнетушителя. Саморезы, полимер…

После зачитывания списка суд поинтересовался, всё ли понятно подсудимым. Они с переводчиком что-то долго обсуждали, затем потребовали от суда показать вещдоки. «Я хочу задать вопрос прокурору» — «Прокурору вопросов не задают!»- «Ваша честь, один вещь я не понял: огнетушитель открытый или закрытый поступил? В той коробке».

«Вы хотите обозреть самодельное взрывное устройство?» — несколько провокационно спросил судья Морозов. Понятно, что появление самодельной бомбы в зале суда — немыслимый нонсенс. Подсудимые заметили, что по ходу следствия им ни разу не показали вещдоки. Судья попросил защитников составить ходатайство и подождать, пока суд предоставит им слово. Те наотрез отказались, заявив, что это их право — увидеть вещдоки сейчас, когда о них и речь. Из слов обвиняемых и адвокатов следует, что они не видели вещдоков (пистолетов, гранат, патронов, взрывных устройств) — и сомневаются в обоснованности их привязки к делу. «Я лично хочу увидеть то, что мне подкинули! Я хочу вблизи увидеть это доказательство, увидеть то, в чём меня обвиняют» — заявила из «аквариума» Шохиста Каримова. «Говорят, что на записи мой голос, но мне его никто не предъявил», — бросил Азимов.

«Начиная от носков и трусов и до взрывных устройств каждый предмет детально осмотрен и отфотографирован. Вы не доверяете экспертам?» — парировала прокурор. Гособвинитель настаивала, что вещдоки можно посмотреть в виде фото, не принося эти вещи в суд. «В чём проблема предъявить нам вещественные доказательства, а не фотографии?» — спрашивали обвиняемые. «Эти предметы могут представлять опасность» — заметила прокурор в сторону судьи. Обвиняемые и прокурор через весь зал общались на повышенных тонах, после чего судья всё же предложил защитникам составить ходатайства по всей форме и заявить его позже.

Затем суду предъявили информацию о записях с камер наблюдения у банкоматов, когда некий мужчина в куртке с капюшоном ходил снимать деньги с карты Джалилова, а ещё — чеки из супермаркетов, доказывающие «приобретение Джалиловым продуктов питания, в том числе сахара» и записи с камер с эпизодами, когда Джалилов вообще что-либо покупал в магазинах, где были камеры.

До финала процесса ещё, очевидно, далеко — должны пройти экспертизы, а сторона защиты ещё даже не начала озвучивать свою позицию.

Источник

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели